Материалы

СЦЕНОГРАФИЯ, театрально-декорационное искусство, иск‑во создания зрительного образа спектакля посредством декораций, костюмов, освещения, постановочной техники. Становление С. обусловлено развитием театра, драматургии, изобразительного искусства.

Возникновение С. в Башкортостане относится к нач. 20 в. Оформление постановок любительских коллективов и гастролировавших в Уфим. губ. рус. и тат. трупп осуществлялось подбором типовых декораций (павильон, зал с колоннадой, сад с беседкой, при необходимости — предметы быта) и нередко выполняло функцию общего фона для актёрской игры. Первый нац. театр. художник С.Г.Якшибаев через изображение быта конкретизировал содержание в спектаклях труппы “Сайяр” (“Банкрот” Г.Камала); 1-го Баш. гос. т‑ра драмы (1919, г.Стерлитамак; см. Башкирский театр драмы; “Ашҡаҙар” — “Ашкадар” М.А.Бурангулова, “Башмагым”, “Галиябану”).

В 20‑е гг. художник С.И.Никандров в работе над декорациями к спектаклям Баш. т‑ра драмы (“Башкорт туйы”, “Ҡарағол” — “Карагул” Д.Юлтыя), исходя из тенденции к реалистич. изображению быта и эстетич. представлений баш. народа, использовал орнамент (в оформлении портала и кулис), традиц. одежду и изделия нар. умельцев; для Башкирского Передвижного театра изготовил сборную декорацию (портал с занавесом, полотняные кулисы, задник), к‑рая растягивалась на шестах. В связи с обновлением репертуара (агитпьесы об индустриализации и коллективизации; многоэпизодность их построения, усиление динамичности, мгновенная перемена места действия требовали визуализации ритмич. начала) и техн. усовершенствованием сцены (в 1930 установлен вращающийся круг) Никандров обращается к конструктивному стилю оформления. Для спектаклей “Рельстар геүләй” (“Рельсы гудят”) В.М.Киршона, “Завод” А.М.Тагирова, “Тимер аҙымдар” (“Железные шаги”) А.Чаныша он создал вертикальные ступенчатые конструкции, по площадкам и лестницам к‑рых перемещались актёры; на сцене воссоздавались производств. процессы, иногда устанавливались настоящие механизмы (молотилки, паровозы). Конструктивизм способствовал появлению в баш. С. обобщённых постановочных решений; интерес к нему снижается к сер. 30-х гг.

Художник М.Н.Арсланов в оформлении спектаклей БАТД (“Борис Годунов” А.С.Пушкина), Уфим. рус. драм. т‑ра (“Последняя жертва” А.Н.Островского; см. Русский драматический театр) сочетал конструктивный и живописный методы, добиваясь особой зрелищности. Одновр. появилась тенденция к жизнеподобному изображению действительности, связанная с упрощённым пониманием реализма в театр. иск‑ве: в БАТД М.Н.Арсланов использовал натур. камышовое покрытие кибитки (“Ҡарлуғас” — “Карлугас” Б.Бикбая), имитировал живописью метал. обшивку (“Бронепоезд 14—69” Вс.Иванова), Г.Ш.Имашева насыщала декорации множеством бытовых подробностей (“Ғәлиәбаныу” — “Галиябану” М.Файзи, “Башмағым” — “Башмачки” Х.К.Ибрагимова); в Рус. т‑ре драмы художники Никандров (“Дама с камелиями” А.Дюма-сына, “Очная ставка” Л.Р.Шейнина и братьев Тур), А.М.Житомирский (“Он пришёл” Дж.Пристли, “Русский вопрос” К.М.Симонова), М.М.Молодяшин (“Последние” М.Горького, “Платон Кречет” А.Е.Корнейчука), С.С.Постников (“Любовь Яровая” К.А.Тренёва, “Глубокая разведка” А.А.Крона) и др. строили павильоны, перегруженные бытовыми деталями.

С нач. 50-х гг. в С. наметились поиски нового образного мышления, попытки передать атмосферу действия живописно-пластич. средствами. В постановке 1948 спектакля “Ҡара йөҙҙәр” (“Черноликие”) Г.Амири и В.Г.Галимова по одноим. повести М.Гафури в декорации Имашевой преобладали предметно-иллюстративные штампы сценич. оформления, в постановке 1955 (совм. с С.М.Калимуллиным; оба — БАТД) предстал более соответствующий замыслу пластически ёмкий образ среды, задавившей героев. Баш. С. постепенно освобождалась от натуралистичной обрисовки быта, орнаментальности декорац. оформления.

В 60—70-е гг. Имашева, сочетая пластич. и живописное начала, создавала эмоц., насыщенные символами сценографич. решения, к‑рые воспринимались как монум. картины и были органично связаны с романтич. стилистикой баш. т‑ра (“Ай тотолган тондэ”; Гос. пр. РСФСР им. К.С.Станиславского, 1967; “Салауат. Өн аралаш ете төш” — “Салават. Семь сновидений сквозь явь”; оба — М.Карима, “Мария Тюдор” В.Гюго; все — БАТД).

С кон. 70-х гг. развитие баш. С. определило новое поколение художников, представляющих символикометафорич. направление (Р.М.Арсланов, Н.Г.Байбурин, А.Л.-Х.Гилязев, Т.Г.Еникеев). Покартинное оформление спектаклей сменяется единой сценич. установкой, к‑рая легко трансформируется (вращением круга, световой акцентировкой, использованием системы занавесей и т.п.) и позволяет концентрировать внимание на осн. идее спектакля. Совр. художники опираются на опыт С. мирового т‑ра, свободно интерпретируют его, активно используют приём стилизации.

Новаторский_подход к сценографич. решению на сцене Рус. драм. т‑ра прослеживается в работах Ф.А.Розова (“Мамаша Кураж и её дети” Б.Брехта), Р.М.Арсланова (“Пять романсов в старом доме” В.К.Арро), Гилязева (“Месса по деве” Ю.Ф.Эдлиса). Художники начинают активнее использовать сценич. пространство и совр. светотехнич. аппаратуру, создавая особую свето-воздушную среду, в к‑рой человек воспринимается в единстве с миром (“Вишнёвый сад” А.П.Чехова, “Эшелон” М.М.Рощина; оба — Рус. драм. т‑р, худ. Р.М.Арсланов), (“Яҙмыштарҙан уҙмыш бар!..” — “И судьба — не судьба” Р.В.Исрафилова по повести “Оҙон-оҙаҡ бала саҡ” — “Долгое-долгое детство” М.Карима; БАТД, худ. Еникеев). Одновр. переосмысливается отношение к нар. традиции: оформление трагедии “Ай тотолған төндә” (“В ночь лунного затмения”) М.Карима (Салаватский драматический театр) у Имашевой решено в конструктивном стиле, у Еникеева — графически жёстко: его декорации лишены традиц. многоцветия, персонажи находятся среди грязно-серых камней — беззвучных свидетелей человеч. трагедии, символов окаменелого сознания; в комедии “Башмағым” (“Башмачки”) Ибрагимова (БАТД) образ дома предстаёт в виде дома-балагана, где всё продаётся и покупается. Декорации Еникеева к спектаклю “Бибинур, ах, Бибинур!..” (Гос. пр. РФ, 1996) Ф.М.Булякова неоднократно трансформируются по ходу действия драмы: полузатонувший в болоте дом Абдрахмана преображается в ладью Степана Разина, в берег реки и т.п., порождая новые смыслы. В С. др. т‑ров Башкортостана использовались те же постановочные формы.

В Салаватском драм. т‑ре над оформлением спектаклей работали С.Ш.Галеев (“Ырғыҙ” — “Иргиз” Л.В.Валеева по одноим. роману Х.Л.Давлетшиной), М.С.Шнейдерман (“Онотолған әҙәм” — “Всеми забытый” Н.Хикмета; пр. Г.Саляма, 1980; “Ҡанлы туй” — “Кровавая свадьба” Ф.Гарсия Лорки), А.Азнабаев (“Андро и Сандро” Г.Д.Хугаева), К.Чарыев (“Таштуғай” — “Таштугай” Булякова, “Ах, Сапатера!” по пьесе “Чудесная башмачница” Ф.Гарсия Лорки) и др.; Сибайском театре драмы — Б.Султангильдин (“Тормош йыры” — “Песня жизни” М.Амира, “Өйләнеү” — “Женитьба” Н.В.Гоголя), Р.Ш.Хисматуллин (“Юлдан яҙған бала” — “Блудный сын” Э.Раннета), Х.Насыров (“Мөхәббәт тураһында йыр” — “Песнь о любви” А.К.Атнабаева, “Эх, Өфө ҡыҙҙары!” — “Эх, уфимские девчата!” И.А.Абдуллина, “Йәнбикә” — “Янбика” Р.А.Сафина), А.Г.Мустафин (“Утлы өйөрмә” — “Огненный вихрь” А.М.Мирзагитова); Стерлитамакском драматическом театре — Л.А.Алексеев (“А зори здесь тихие...” по одноим. повести Б.Л.Васильева, “Солдатская вдова” Н.П.Анкилова), В.П.Хлыбов (“Собачье сердце” по одноим. повести М.А.Булгакова, “Пигмалион” Б.Шоу) и др.

В нач. 90-х гг. развитию С. в Башкортостане способствовало возникновение новых драм. т‑ров. В Национальном Молодёжном театре худ. оформление осуществляли: Р.М.Арсланов (“Отелло” У.Шекспира), Еникеев (“Дала ҡиссаһы” — “Половецкая мистерия” Булякова), Чарыев (“Иванушкино счастье” В.И.Ольшанского), О.Р.Гималетдинова (“Чайка” Чехова), Ю.В.Гилязова (“Любовь — книга золотая” А.Н.Толстого); Стерлитамакском театре драмы — Гилязев (“Онотолған доға” — “Забытая молитва” Булякова; Гос. пр. РБ им. Салавата-Юлаева, 1994; “Ҡабул ит уларҙы, Шамбала!” — “Прими их, Шамбала!” Б.Гаврилова); Туймазинском драматическом театре — И.А.Саяпов (“Белый колпак” М.Файзи, “Древо жизни” Ф.Г.Яруллина); т‑ре “Нур” — Байбурин (“Платочек, беленький ты мой” Т.Г.Миннуллина), Еникеев (“Осень” по одноим. повести Г.Исхаки) и др. С кон. 20 в. с т‑рами активно сотрудничают художники Н.Г.Габидуллина (“Волосатое чудо” Амануллы, “Фонтан слёз” С.Я.Латыпова и Х.Г.Фатиховой по поэме “Бахчисарайский фонтан” Пушкина; оба — т‑р “Нур”); Д.Г.Тувалёв (“Әсә хөкөмө” — “Суд матери” Атнабаева); Э.Р.Гиззатуллин (“Төштәге йыр” — “Песнь во сне” Т.Х.Гариповой, “Ҡазан һөлгөһө” — “Казанское полотенце” К.Г.Тинчурина, оба — Сибайский т‑р драмы; “Аттила” Г.Г.Шафикова, БАТД; “Беҙҙең өйҙөң йәме” — “Радость нашего дома” по произв. М.Карима, Нац. Молодёжный т‑р); Д.П.Хильченко (“Ҡыҙыл йондоҙ” — “Красная звезда” М.Гафури, “Ҡоҙаса” — “Свояченица” Б.Бикбая и З.Г.Исмагилова; оба — БАТД); А.В.Нестеров (“Скупой” Мольера, “Аҫты өҫкә килгән донъя” — “Кавардак Forever!!!” по пьесе “Семейный портрет с посторонним” С.Лобозерова; дипломант Фестиваля т‑ров малых городов России; Москва, 2006; оба — Салаватский драм. т‑р).

В оформлении спектаклей также участвовали художники из др. регионов России и зарубежья: в Рус. драм. т‑ре — М.М.Курилко (“Правда памяти” А.Х.Абдуллина, “Не было ни гроша, да вдруг алтын” Островского), Б.Я.Торик (“О тех, кто любит” А.Антокольского, “Дон Сезар де Базан” Ф.Дюмануара, А.Деннери), В.И.Виданов (“Рождество в доме сеньора Купьелло” Э. Де Филиппо, “Чайка” Чехова), И.П.Капитанов (“Годы странствий” А.Н.Арбузова, “Приглашаю в вечность, Ваше Величество!” по пьесе “Кин IV” Г.И.Горина), В.С.Королёв (“Дачники” М.Горького, “Очень простая история” М.Ладо) и др. Ими вводятся в С. спектаклей кинопроекции (“Луна и листопад” по повести “Ярлыҡау” — “Помилование” М.Карима, худ. Виданов), применяются изящные стилизации сцен. костюмов (“Чёрный иноходец” Шафикова, “Снегурочка” Островского, все — Рус. драм. т‑р; “Летучая мышь” И.Штрауса, БГТОиБ; все — худ. А.В.Коженкова), абстрактные дизайнерские решения образа спектакля (“Кавказский меловой круг” Б.Брехта, Рус. драм. т‑р, худ. Б.Костяновска; “Кәкүк ояһы” — “Полёт над гнездом кукушки” А.А.Абушахманова по одноим. роману К.Кизи, БАТД, худ. Еникеев) и др.

В С. Театра кукол на раннем этапе развития заимствовались формы драм. т‑ра, предпринималась попытка доступными средствами отражать тематику сов. пьес, что приводило к имитации жизни и ослаблению собств. специфич. приёмов. Однако мн. художники сохраняли яркую зрелищность, метафоричность образа спектакля. М.Н.Елгаштина подчиняла компоненты кукольного спектакля изобр. началу, создавая красочные и динамичные картины жизни героев; одновр. с ней работали худ. О.М.Штейнкопф, А.М.Столбов, М.Я. и В.Ф. Волковы и др.

В 70-е гг. формированию новой эстетики кукольных спектаклей, обогащению худ. и образного языка способствовали художники Э.Н.Коган (“Хасан —искатель счастья” Е.В.Сперанского, “Манук — отважное сердце” И.П.Токмаковой), З.А.Сахно (“Живая вода” А.С.Фаткуллина, “По щучьему велению” Е.Я.Тараховской), В.Смирнова (“Похищение воды” К.М.Акбашева, “Урал-батыр” Шафикова по мотивам эпоса “Урал-батыр”), М.Б.Грибанова (“Нуретдин — золотые руки” Г.Абакарова, “Орлёнок учится летать” Фаткуллина и Д.Рашкина). Актёры добиваются равноправного положения с куклой и получают возможность говорить от своего имени. В спектаклях “Белый пароход” А.Б.Баранова по одноим. повести Ч.Т.Айтматова, “Божественная комедия” И.В.Штока, “Диктаторға ат бирегеҙ!” (“Коня Диктатору!”), “Не бросай огонь, Прометей!” М.Карима худ. Грибанова создаёт зримые метафоры, раскрывающие глубинный смысл происходящего, подчеркивающие сложные, динамич. отношения актёра с куклой.

В 80—90-е гг. постановки Байбурина “Таганок” по повести “Өс таған” М.Карима, “Эгле — королева ужей” по поэме С.Нерис, “Индийская легенда” Н.Р.Гусевой и С.Потабенко по поэме “Рамаяна” были проникнуты духом нар. иск‑ва; декорации легко трансформировались, сообщая спектаклям поэтич. выразительность и яркую зрелищность; в работах “Ночные игры Шурале”, “Харнуш” Байбурин (одновр. автор, режиссёр, художник) сделал акцент на мифоритуальную составляющую древних образов. Заметным явлением в С. Т‑ра кукол стали декорации А.С.Волкова к спектаклю “Волшебное кольцо” Б.Шергина, В.Яшкулова — “Песнь сэсэна” Шафикова.

В С. Театра оперы и балета прослеживаются осн. этапы развития, характерные для всего многонац. муз. т‑ра. В 40—50-е гг. художники Никандров, Н.В.Ситников, М.Н.Арсланов, М.А.Беспалова, В.И.Плекунов искали декорацион. решения, зрительно соотв. чувствам, к‑рые вызывала музыка, что приводило к иллюстративности. Повествоват. покартинное оформление с иллюзорным воссозданием жизненной среды отличало декорации Беспаловой к опере “Һаҡмар” (“Хакмар”) М.М.Валеева, в костюмах она использовала экспонаты фольклорно-этногр. экспедиции 1939 года. Осн. смысловую нагрузку нёс сценич. пейзаж, в оформлении опер М.Н.Арслановым (“Алтынсәс” — “Золотоволосая” Н.Г.Жиганова), Ситниковым (“Акбузат”; “Мәргән” — “Мэргэн” А.А.Эйхенвальда) делались попытки соединить конкретные виды природы Башкортостана с образами нар. легенд. В 60—80-е гг. сценич. живопись понимается художниками муз. т‑ра более широко: воплощённый в ней индивид. почерк автора помогает более органично соединить зрительную логику спектакля и звучащий образ. Для декорац. решений Плекунова (опера “Дон Карлос” Дж. Верди, балет “Дон Кихот” Л.Ф.Минкуса), М.Н.Арсланова (опера “Салават Юлаев”), А.В.Пантелеева (“Бахчисарайский фонтан” Б.В.Асафьева), Р.М.Арсланова (балет “Легенда о курае” Р.М.Хасанова) характерны живописное мастерство, тонкие поэтич. приёмы воздействия на зрителей.

В 1990—2000 художники БГТОиБ создают лаконичные, условные, насыщенные ёмкими символами декорации, к‑рые трансформируются по ходу театр. действия, вызывая сложные ассоциации: оформление опер Р.М.Арслановым (“Кахым-туря”, “Акмулла”, “Пиковая дама” П.И.Чайковского), Чарыевым (“В ночь лунного затмения” С.А.Низаметдинова), Е.Ивановым (“Волшебная флейта” В.А.Моцарта) и др. В С. балетных спектаклей Р.М.Арсланова (“Маугли” М.Х.Ахметова, “Тысяча и одна ночь” Ф.Амирова, “Вальпургиева ночь” Ш.Гуно) в основе живописных решений — тщательная разработка колорита, яркая зрелищность и декоративность; С.Б.Бенедиктова (“Аркаим” Л.З.Исмагиловой) — органичное соединение образов Космоса и Земли, погружение действия в архаич. глубины бытия.

Со 2-й пол. 20 в. С. Башкортостана представлена на всерос., всесоюз., заруб., междунар. выставках произв. театр. художников, художников театра и кино, на выставках произв. художников т‑ра БАССР (1952), “Советский театр 1917—58” (1958), художников БАТД, к 60-летию образования БАССР (обе — 1979), лауреатов Гос. пр. РФ (1996), “М.Курилко и его ученики” (1998; все — Москва), художников-сценографов РБ (Уфа, 2000). Работы художников т‑ра находятся в БГХМ; Третьяковской галерее, Театр. музее им. А.А.Бахрушина, Музее им. М.И.Глинки (все — Москва) и др.

Лит.: Выставка произведений художников-сценографов Республики Башкортостан /авт.сост. С.В.Евсеева. Уфа, 2000.

Л.С.Фарзутдинова


Виды изобразительного искусства

Эскизы к театральным декорациям

Яндекс.Метрика