Материалы

ГЛАГОЛ, часть речи, выражающая грамматич. значение действия или состояния как процессуальный признак и функционирующая в предложении преим. в качестве сказуемого.

В башкирском языке лексич. основа Г., графически совпадающая с формой 2‑го лица ед. ч. повелит. наклонения, представляет собой абстрагиров. выражение глагольного значения, к‑рое конкретизируется и проявляется в речи только во взаимосвязи со своей грамматич. (словообразоват. и словоизменит.) системой. По семантич. содержанию выделяют Г. движения, обозначающие разнообразные способы и направления перемещения в пространстве: “төш‑” (спускаться), “һикер‑” (прыгать); Г. физ. и интеллектуальной деят‑сти: “эшлә‑” (работать), “уҡы‑” (учиться); Г. состояния, выражающие значение разл. способов бытования и положения в пространстве: “йәшә‑” (жить), “ултыр-” (сидеть); Г. мышления, характеризующие разл. стороны мыслительной деят‑сти: “аңла‑” (понимать), “дөйөмләштер‑” (обобщать); Г. речи: “һөйлә‑” (говорить), “бәхәсләш‑” (спорить); Г. физиол. и психол. состояния: “йоҡла‑” (спать), “борсол‑” (беспокоиться); Г. эмоц. состояния и чувственного восприятия: “ҡыуан‑” (радоваться), “ишет‑” (слышать), а также т.н. Г. поведения, звуко‑ и образоподражания и др. В зависимости от полноты выражения лексич. значения различаются знаменат. и вспомогат. Г. Знаменат. Г. обладают самостоят. лексич. значением, вспомогат. служат для выражения разл. грамматич. значений: временных, модальных, аспектуальных, словообразовательных и др. Наиб. продуктивным способом словообразования баш. Г. является  аффиксация и словосложение: “йырлап ебәр‑” (запеть), “ҡаушай төш‑” (растеряться) и др.

В совр. баш. яз. Г. характеризуется след. грамматическими категориями: времени, залога, лица, модальности, наклонения, отрицания, переходности-непереходности, числа; функционируют также формы видовых значений (см. Вид).

Неспрягаемые формы баш. Г.: деепричастие, причастие, инфинитив и имя действия.

Деепричастие как второстепенное действие, синтаксически подчин. главному, неизбежно соотносится с агенсом-подлежащим и модально-врем. планом связ. с ним спрягаемого Г.; выражает, как правило, обстоятельств. значения причины, цели, условия, образа действия, а также значения предшествования второстеп. действия по отношению к основному, одноврем. или последующего действия; выделяют формы на ‑п, ‑а, ‑ғас, ‑ғансы, ‑ғанса, ‑(ы)шлай, напр.: “ҡыҙарып, ҡыҙ башын эйҙе” (покраснев, девушка опустила голову), “кире ҡайтышлай, уны осратты” (возвращаясь, его (её) встретил) и др.

Причастие обозначает процессуальный признак лица или предмета, совмещая св‑ва Г. (категории переходности-непереходности, времени, залога, отрицания, модальности) и прилагательного (наличие согласоват. категорий лица, падежа, числа, принадлежности). Выражая атрибутивные отношения, причастие присоединяется к существительному способами синтаксич. cвязи –примыканием и управлением. В совр. баш. яз. выделяют: 1) форму причастия прошедшего времени на ‑ған: “килгән ҡунаҡ” (пришедший гость); 2) форму причастия наст. времени, образов. аффиксом ‑ыусы или сочетанием деепричастия на ‑а со вспомогат. Г. “торған”: “улы хаҡында ҡайғыртыусы әсә” (переживающая за сына мать), “шәл бәйләй торған энәләр” (спицы, которыми вяжут шаль); 3) формы причастия будущего времени на ‑ыр: “килер ҡунаҡ” (гость, который придёт); ‑асаҡ: “уҡыясаҡ студент” (студент, который будет учиться); ‑аһы: “бараһы ауыл” (деревня, куда необходимо поехать).

Инфинитив выражает, как правило, значение цели действия; осн. форма образуется при помощи аффикса ‑рға: “эшләргә кит‑” (идти работать); менее употребительны формы на ‑а: “күрә кил‑” (прийти, чтобы посмотреть); ‑маға: “бармаға ит‑” (собираться сходить); ‑маҡ: “күрмәк бул‑” (намереваться увидеть); ‑маҡҡа: “уйнамаҡҡа башла‑” (начать играть) и др.; функционирует также форма на ‑ыу в сочетании с модальными словами “кәрәк”, “тейеш”, “мөмкин”, “ярай”: “китеү кәрәк” (надо идти).

Имя действия представляет собой разряд имени, обладающий морфологич. показателями Г.; ему присущи категории, свойств. существительному (принадлежность, падеж, число) и Г. (залог, переходность‑непереходность, отрицание, модальность). Осн. показателем имени действия является аффикс ‑у: “уйлау” (обдумывание), “һөйөү” (любовь); менее употребителен аффикс ‑маҡ: “уйнамаҡ” (игра). В сочетании с послелогами “менән”, “өсөн”, “сәбәпле”, “буйынса” и др. имена действия на ‑у обозначают предшествование др. действию: “коридорға инеү менән, мине ҡаршы алдылар” (как только вошёл в коридор, меня встретили); одновременность действий: “мин тороп ҡалдым күңел һыҙлау менән” (я остался(лась) с болью в душе); цель действия: “хушлашыу һүҙен әйтеү өсөн халыҡ йыйылған” (чтобы сказать прощальное слово, народ собрался); причину действия: “ауырыу сәбәпле, ул килә алманы” (по причине болезни он(а) не смог(ла) прийти) и др.

М.В.Зайнуллин


Части речи

Текст на башкирском языке

 

См. также

ВИД глагольный

ВРЕМЯ глагольное

ЗАЛОГ, категория глагола

НАКЛОНЕНИЕ, грамматическая категория глагола

Яндекс.Метрика